Общество

«Часть врачей живет тут как в общежитии уже полтора месяца»: Репортаж из красной зоны Мариинской больницы

К Дню медика журналисты «КП» своими глазами увидели, как врачи изнывают от жары, как больные лежат на ИВЛ и узнали, как описывают свое состояние пациенты
Журналисты "КП" побывали в красной зоне больницы

Журналисты "КП" побывали в красной зоне больницы

Фото: Артем КИЛЬКИН

ОТ ЖАРЫ В КОСТЮМЕ КРУЖИТСЯ ГОЛОВА, ПОТ ЗАЛИВАЕТ ГЛАЗА

- Потуже, потуже затягивайте, - беспокоится ординатор. – Потом будет уже поздно…

Мы перед входом в красную зону. Правильно надеть костюм - все равно что заправить свой парашют перед прыжком. Любая ошибка может обернуться трагедией. Сначала надеваем первую пару перчаток, потом в бой идут маска, шапка и очки. Наконец, натягиваем защитный костюм, поверх него - высокие бахилы и вторая пара перчаток.

Правильно надеть костюм - как собрать парашют перед прыжком

Правильно надеть костюм - как собрать парашют перед прыжком

Фото: Артем КИЛЬКИН

В костюме медики делают надрез, чтобы просунуть в него большой палец руки. Так меньше шансов, что он слетит. Когда все средства защиты надеты, ординатор начинает тебя «мумифицировать». Скотчем обматывают все стыки: руки, ноги. Все должно быть герметично.

В первую же минуту по телу ударяет жар. Через 10 ты уже изнываешь от пота (привет тульской медсестре в купальнике!). Начинается настоящая баня. Очки запотевают. Видны только силуэты людей, хочется сесть и не двигаться.

Самому надеть костюм невозможно

Самому надеть костюм невозможно

Фото: Артем КИЛЬКИН

- Ну как вы? – беспокоится врач-нефролог Дарья Садовская. Она наш «экскурсовод» по красной зоне больницы. В запотевших очках плохо видно даже ее лицо. Идти по больнице приходится чуть ли не на ощупь. Страшно подумать, что хирурги в таком обмундировании проводят операции...

Перед нами лифт на второй этаж Мариинской больницы. Это единственный вход в «красную зону». Обратно по нему уже не вернуться. Иначе можно заразить чистые отделения. От духоты начинает кружиться голова. Но Дарья, будто на прогулке на чистом воздухе, быстро семенит в ординаторскую. Здесь идет пересменка. После 12 часов работы врачи передают свои дела, бурно обсуждают пациентов, пишут дневники.

Дарья - наш проводник по красной зоне

Дарья - наш проводник по красной зоне

Фото: Артем КИЛЬКИН

- Большая часть времени проходит у кровати пациента, - поясняет нам Дарья. – Но здесь - вся основная мозговая работа. Вход разрешен только врачам.

Пост медсестры в больнице

Пост медсестры в больнице

Фото: Артем КИЛЬКИН

Чтобы расслышать Дарью, приходится почти прижаться к ней. Отличить одного медика от другого можно только по надписям на костюмах, которые из-за запотевших очков расплываются. Но медики к этому уже привыкли, и слово «журналисты» на наших «скафандрах» распознают быстро. При виде нас недоумевающе пожимают плечами.

«И зачем оно вам?», - читается в их взгляде.

Но про нас быстро забывают.

Без подписей людей в костюмах не отличить

Без подписей людей в костюмах не отличить

Фото: Артем КИЛЬКИН

«ПАЦИЕНТ ВНЕШНЕ ЗДОРОВ, НО ВИРУС СЪЕЛ ПОЧТИ ВСЕ ЛЕГКИЕ»

- К нам поступил новый пациент. Должны его принять. Пообщаться, выяснить ананмнез, чтобы установить дальнейшую тактику лечения, - объясняет нам Дарья и тут же переключается на коллег. - Я возьму 11 палату. Как там дедушка?

Пациенты вскоре после начала лечения уже могут ходить без одышки

Пациенты вскоре после начала лечения уже могут ходить без одышки

Фото: Артем КИЛЬКИН

По дороге к дедушке нам встречается новый пациент. У него сильное кровотечение из носа. Довольно необычный симптом для коронавируса. Им уже занимаются другие врачи. С дедушкой все хорошо. Поэтому мы с Дарьей подходим к другому пациенту. На вид – абсолютно здоровый мужчина. Если не знать его анализы…

Пациенты могут не чувствовать болезнь, в то время как их легкие серьезно поражены

Пациенты могут не чувствовать болезнь, в то время как их легкие серьезно поражены

Фото: Артем КИЛЬКИН

- Дня три назад попал в больницу, - разводит руками молодой пациент. – Я на работу устраивался. Меня попросили сделать рентген легких, а он показал, что есть поражение. Это был просто осмотр. Плохо себя я не чувствовал. Температура в пределах 37 градусов.

- На рентгене у вас большое поражение легких - 75 процентов. Поэтому вас и госпитализировали, - говорит Дарья. Мы еще раз вглядываемся в мужчину: внешне он абсолютно здоров, но большую часть его легких которого съел коронавирус - это факт. Пациенту повезло, что он решил устроиться на работу и пришлось сделать рентген. Сейчас он получает комплексную терапию. Рассказывает врачу, что жалоб на лечение, как и на самочувствие нет. Ему измеряют сатурацию. Прибор для этого стал незаменим во время пандемии. Он показывает уровень насыщенности крови кислородом.

Насыщенность крови кислородом - главный признак, по которому определяют состояние пациента

Насыщенность крови кислородом - главный признак, по которому определяют состояние пациента

Фото: Артем КИЛЬКИН

- Где заразился, не представляю, - мотает головой пациент.

Сейчас его жизни ничего не угрожает. Легкие, по словам врачей, восстановятся. Поэтому мы быстро семеним в другую палату. Удушающий костюм уже хочется просто сорвать с себя. По пути встречаем врача Юлию.

Врачи следят за пациентами круглосуточно

Врачи следят за пациентами круглосуточно

Фото: Артем КИЛЬКИН

- Рабочий день начался с 8 вечера и продолжался до 8 утра, - делится Юлия. - За смену всего один перерыв на час. Мы выходим из красной зоны, кушаем, потом переодеваемся и поднимаемся назад. Я отдельно от семьи живу. Смена формируется из разных специалистов. Урологи, хирурги, терапевты, эндокринологи. С диабетом много людей. Человек 15. Очень жарко. Сейчас из-за погоды это сильно чувствуется. Раньше было комфортнее.

В жару в костюме сложно дышать. Но медики не отчаиваются

В жару в костюме сложно дышать. Но медики не отчаиваются

Фото: Артем КИЛЬКИН

Врачи общаются между собой реже, чем с пациентами. За коронавирусными больными нужно следить круглосуточно. Ведь в любую минуту у их состояние может ухудшиться.

- Сейчас я нормально дышу. Одышка немножко еще есть, - делится с врачом очередной пациент. - Заболел в конце мая. Лечился поначалу сам. Температура была 38 градусов. К врачу обратился, потому что 100 метров уже не мог пройти, задыхался. Одышка стала нарастать. Назначили КТ.

Возле одного пациента может собраться целый консилиум врачей

Возле одного пациента может собраться целый консилиум врачей

Фото: Артем КИЛЬКИН

- У вас 50 процентов легких поражено, - кивает врач.

- 50 процентов? – удивляется пожилой пациент. - Я теперь себя лучше чувствую. Сахар у меня еще…

- Продолжаем планово терапию, - смотрит анализы пациента врач. - Мы до 21 числа вас лечим, потом снова смотрим ваши легкие на КТ.

Врачи снимают с аппаратов ИВЛ поэтапно

Врачи снимают с аппаратов ИВЛ поэтапно

Фото: Артем КИЛЬКИН

«В ТАКИХ СЛУЧАЯХ ПИШУТ ЗАВЕЩАНИЕ»

Переключаемся на другую пациентку. У нее на фоне коронавируса появились боли в животе.

- Кашель присутствует. Одышка - реже. Гуляю теперь лучше. Живот уже не болит. Температура нормальная - 36,4. Я вторую неделю лежу. На заводе заразилась. Температура раньше не спадала, долго держалась. Когда заболела, никого к себе не пускала. Слабость была, сил не было вообще. Некоторые завещание пишут в таких ситуациях, понимаете, такое состояние у меня было. Без кислорода не могли обойтись. Очень тяжело было дышать.

Заведующий отделением реанимации знает все о каждом пациенте

Заведующий отделением реанимации знает все о каждом пациенте

Фото: Артем КИЛЬКИН

- Сначала было ухудшение, - подтверждает Дарья. – Мы поменяли терапию, теперь идем на поправку. В зависимости от компьютерной томографии, анализов и состояния, лечение корректируется. Нет общепринятого шаблона, все делается индивидуально. Сейчас вот уже дышим без дополнительного кислорода. Если все будет хорошо, будем выписываться.

Мы идем уже к другой пациентке. Она тоже познала всю коварность коронавируса. Раньше лежала в другой больнице. Излечилась по всем показателям. Ее выписали. Но оказалось, что болезнь не отступила. Снова попала в больницу, но теперь в Мариинскую. У нее хроническая болезнь почек, а это фактор риска.

Из реанимации пациентов позже переведут в обычные отделения

Из реанимации пациентов позже переведут в обычные отделения

Фото: Артем КИЛЬКИН

- Никаких жалоб. Аппарат искусственной почки здесь есть. В одном месте получаем сеансы заместительной почечной терапии и лечение от коронавируса, - делится довольная пациентка.

Реаниматолог Егор встречает нас улыбкой, но ее не видно под маской

Реаниматолог Егор встречает нас улыбкой, но ее не видно под маской

Фото: Артем КИЛЬКИН

«БОЮСЬ ЗАРАЗИТЬ СОСЕДЕЙ, ПОЭТОМУ ЖИВУ В БОЛЬНИЦЕ»

Для некоторых пациентов, например с диабетом и болезнями почек, в больнице подбирается специальная диета. В столовой мы встречаем медсестру Юлию. Она учится на врача на 5 курсе университета, но уже вовсю помогает пациентам. Из-за пандемии ей пришлось оставить семью. Вот уже полтора месяца она живет здесь. Прямо в больнице. Для медиков здесь соорудили специальное общежитие.

Работать за компьютером медики могут и в защитных костюмах

Работать за компьютером медики могут и в защитных костюмах

Фото: Артем КИЛЬКИН

- Я полностью изолировалась, чтобы работать с ковидом. Дома у меня соседи - беременные женщины и дети, - пожимает плечами Юлия. – А тут у нас двухместные номера, да и график плотный. Чтобы не ездить между сменами, остаюсь в больнице. 12 часов работаю, 24 часа отдыхаю. Скучаю по дому. Ну а что делать?

Жизни пациента теперь уже ничего не угрожает

Жизни пациента теперь уже ничего не угрожает

Фото: Артем КИЛЬКИН

В костюме стоять уже невозможно, ноги начинают заплетаться. Заметив это, Дарья предлагает выйти на лестницу, «охладиться». Но самим врачам отдыхать некогда.

В приемном отделении, по словам врачей, работают сильнейшие

В приемном отделении, по словам врачей, работают сильнейшие

Фото: Артем КИЛЬКИН

- Все зависит от состояния пациента. Как минимум четыре раза в сутки к больным проходят медсестры, измеряют сатурацию, это же делают и врачи. Если пациент тяжелый, то каждый час смотрим. Иногда переводим в реанимацию, - поясняет Елена Вютрих. В обычной жизни она заведующая отделением нефрологии Мариинской больницы. Сейчас на время пандемии - обычный доктор, который и сам переболел коронавирусом.

- Много врачей переболели, - поясняет нам Дарья. - Никто не дает стопроцентной гарантии, что ты не заразишься.

Пациенты средней тяжести лежат отдельно

Пациенты средней тяжести лежат отдельно

Фото: Артем КИЛЬКИН

«РАНЬШЕ БЫЛ СТРАХ ЗАРАЗИТЬСЯ, СЕЙЧАС УЖЕ НЕТ»

Мы идем на второй этаж. Там стоят аппараты искусственной почки. Некоторым пациентом аппарат требуется постоянно. Тут же находится реанимация, где тяжело больные лежат на ИВЛ. Почти все койки заняты. Возле кроватей пациентов стоят по пять медиков. Каждую минуту аппарат издает сигнал, как в голливудских фильмах, который оповещает о состоянии больного.

Рабочие дни у медиков проходят бурно

Рабочие дни у медиков проходят бурно

Фото: Артем КИЛЬКИН

- Этого отделения реанимации до пандемии не существовало, - рассказывает заведующий отделением Александр Руссин. – Теперь в больнице это четвертая реанимация. Дополнительно получили от города резервные аппараты ИВЛ. Было развернуто 12 мест. Но мы готовы объем увеличить до 18 коек, а может и до 20. Но пока этого не понадобилось. Все дни у нас минимум 10 пациентов. Все - на ИВЛ. В среднем проводят в реанимации 10-12 дней.

Через компьютерную томографию проходит до сотни пациентов в день

Через компьютерную томографию проходит до сотни пациентов в день

Фото: Артем КИЛЬКИН

Некоторые пациенты попадают в реанимацию прямо из приемного покоя - туда мы и направляемся из реанимации. Передвигаться приходится чуть ли не на ощупь - пот застилает глаза. Хотя прошел всего один час в "красной зоне".

Каждого пациента принимают отдельно

Каждого пациента принимают отдельно

Фото: Артем КИЛЬКИН

- Через компьютерную томографию у нас в день по 100 с лишним человек проходят, - объясняют в приемном покое. – Бывает по 120 человек. Иногда и все 180. Принимаем больных с ковидом и пневмониями. Распределяем людей в зависимости от тяжести болезни: одних отправляем домой, других в палату, третьих в реанимацию. Главная задача не пропустить болезнь и вовремя госпитализировать человека. Очень большое поступление больных. Большая нагрузка на сестринский персонал: мазки, кровь взять, помочь в плане обследования. Врач оценивает сатурацию, опрашивает, проводит минимальный осмотр. Пациенту обязательно надеваем маску. В смотровой только по два человека, остальные «скорые» в это время ждут. Тех, кто по нашей оценке не заражен, отводим в отдельную зону, чтобы он не контактировал с другими. Здесь у нас самые живучие кадры всей больницы. Выживают сильнейшие.

Врачи ждут заключения томографии, чтобы распределить пациента

Врачи ждут заключения томографии, чтобы распределить пациента

Фото: Артем КИЛЬКИН

После приемного отделения мы, наконец, идем к спасительному дезинфицирующему душу, который стоит на выходе из грязной зоны. Крутимся под струями антисептика, а потом идем в раздевалку. Костюм хочется уже разодрать и сбросить. Но не все так просто. Снимать нужно все строго по правилам. Окунул руки в раствор, снял первую пару перчаток, потом снова окунаешь в раствор, снимаешь маску. И так после каждого элемента одежды. Потом уже идешь в обычный душ.

Душ дезинфекции при выходе из красной зоны

Душ дезинфекции при выходе из красной зоны

Фото: Артем КИЛЬКИН

- У нас тут изменилось все на 180 градусов, - поясняет Дарья. Теперь ее слышно лучше. И самое главное, видно! - В конце апреля мы все стали инфекционистами. Рабочий день теперь по 12 часов, раньше был 8 часов. Форма одежды – СИЗы (средства индивидуальной защиты - маски, перчатки, халаты). Проблематично в них, когда за окном 30 градусов жары. Но мы лечим людей от инфекции ранее неизвестной. Поначалу был страх заболеть, сейчас уже нет. Многие уже переболели. Работаем и стараемся не думать об этом. Многие живут прямо тут, чтобы изолироваться от близких. Многие давно не видели родственников. Мы просто ждем, когда все это закончится. Потому что когда ты видишь, сколько людей погибает, для тебя это не просто цифры, а живые люди, которые были перед тобой. Поэтому мы более ответственно относимся к изоляции и масочному режиму. Никто не хочет, чтобы близкие пострадали.

Правильно снять костюм - то же целое искусство

Правильно снять костюм - то же целое искусство

Фото: Артем КИЛЬКИН

Но в больнице отмечают, что сейчас эпидемия уже идет на спад. С каждым днем выписывают все больше людей. Город выздоравливает. А медики готовятся, что в скором времени вирус отступит. Уже скоро они вернутся к своим привычным делам, но продолжат спасать жизни. И бороться с другими, более изученными болезнями. По профилю, образованию и специализации.

А вот так Дарья выглядит без костюма

А вот так Дарья выглядит без костюма

Фото: Артем КИЛЬКИН

«Комсомолка» поздравляет медиков с праздником и благодарит их за работу во время пандемии.

СПРАВКА «КП»

Мариинской больнице 217 лет. Это одно из старейших учреждений здравоохранения в городе и стране. Многопрофильный стационар в повседневной жизни. Мариинская больница, по мнению специалистов, имеет один из самых высоких показателей в городе по спасению больных с тяжелой и очень тяжелой формой пневмонии. Для обычных пациентов она закрылась в апреле, полностью перейдя на примем больных коронавирусом. В Мариинку привозят людей с хроническими заболеваниями — сахарным дебетом и другими. Часть врачей в больнице и сами переболели коронавирусом, но летальных исходов среди сотрудников не было.

СЛУШАЙТЕ ТАКЖЕ: