Общество

Жители Железнодорожного: После капремонта у нас тут многие за благоустройство взялись

Власти выделили на превращение бывшего Гердауэна в туристическую Мекку десятки миллионов рублей. Корреспондент "Комсомолки" выяснил, что получилось на данный момент
Туристический сезон Железнодорожный встречает свежими фасадами под старину.

Туристический сезон Железнодорожный встречает свежими фасадами под старину.

Фото: Иван МАРКОВ

Самоизоляция держала калининградцев в узде слишком долго, но они, наконец, вырвались из душных квартир на улицы. Правда, побродив под окнами еще закрытых кафе и ресторанов, горожане поняли, что им не хватает поездок за город. Вспомнив, что уже больше года продолжается и вот-вот закончится реновация целого старинного поселка в Правдинском районе, они рванули туда. В итоге, ленты социальных сетей сегодня завалены фотографиями «пряничных домиков» Железнодорожного, однако далеко не все туристы остались довольны ремонтом. Выяснить, что хорошего появилось в бывшем Гердауэне и чего плохого, отправился и корреспондент «Комсомолки».

Строители внезапно исчезли

В прошлом году я приезжал в Железнодорожный несколько раз. Тогда рабочие только начинали приниматься за дело: швыряли с крыш старую керамическую черепицу, сбивали штукатурку и вычищали с чердаков мусор, сжигая его на кострах тут же, у домов. По улицам ветер носил обрывки первых послевоенных газет и лохмотья каких-то еще немецких документов. А местный копатель даже успел похвастаться мне альбомом с пропагандистскими фотографиями Гитлера, найденным в горе чердачного хлама.

Ремонт Первомайской не мешало бы закончить.

Ремонт Первомайской не мешало бы закончить.

Фото: Иван МАРКОВ

Сейчас все было тихо. Ни стука молотков, ни рева бензопил, ни криков. На Первомайской улице – полоска свежеуложенной брусчатки, края которой уже осыпались под ногами прохожих. Навернул пару кругов по центру в поисках хотя бы одной живой души в строительной каске – тщетно.

- Где-то две с половиной недели назад они все бросили, - не дожидаясь моего вопроса, говорит идущая мимо местная жительница. – Говорят, у них еще какой-то подряд параллельный есть. Может, вернутся еще.

- Ваш дом в программу попал? – спрашиваю ее.

- Попал. Теперь снаружи конфетка, а внутрь лучше не заходить, - хихикает женщина. – Хотите, я вам кое-что интересное покажу?

Несчастные склады

Я, конечно, соглашаюсь и плетусь следом. Когда проходим мимо руин фахверковых складов, ставших уже символом разрухи на востоке Калининградской области, женщина разворачивается и, щуря глаз, внезапно спрашивает:

- Не ваши?

- Нет, конечно, - смеюсь я. – Но хотел бы пообщаться с владельцами. Я журналист.

- Ха, попробуй их найти еще! – хмыкает моя проводница. – Кто-то мне говорил, что хозяин в Зеленоградске живет, но его никак поймать не могут. На фоне ремонта эти развалины теперь еще страшнее стали.

И действительно, вплотную к правому и менее разрушенному складу пристроен дом, который уже приведен в порядок: на его окнах появились деревянные ставни, у крыльца – кованые перила, а на дымоходе – козырек с флюгером.

- Вот, пришли, - щелкает кодовым замком входной двери женщина. – Гляньте, какая красота!

Разрушающиеся склады теперь соседствуют с новыми постройками.

Разрушающиеся склады теперь соседствуют с новыми постройками.

Фото: Иван МАРКОВ

За новой дверью висит пыльная паутина, а на бетонном полу валяется ворох неоплаченных платежек. Перед лестницей приклеенное скотчем объявление от почтальона с требованием установить почтовый ящик.

- Тут живет кто?

- Не-а, тут и пожары были даже как-то, а жильцы пропали. Давно их не видела. Каково, а? Ведь даже крышу им сделали и двери красивые поставили! – посмеивается она и разводит руками.

Уют против аутентичности

Увы, но впечатление от красивых фасадов портит большое количество недоделок. Гирлянды проводки висят повсюду: и со стороны улицы, и с черного входа. С новых дверей местами сбита краска, а кое-где их успели закапать маляры. Довоенные надписи на фасадах, а также раннесоветская рисованная вывеска «Аптека» закрашены. Но самое печальное – отсутствие оригинальных деревянных дверей. А ведь еще прошлым летом представитель подрядчика божился, что сохранит все, что только можно сохранить.

Но аутентичность исторической среды – вовсе не то, что хотелось бы спасать жителям Железнодорожного. Когда у тебя над головой родная довоенная черепица, но после каждого дождя по потолку растекаются темные пятна, - уже не до любви к истории. О проблемах старых домов рассказала жительница Ирина Ивкова, оформившая вместе с соседями подъезд своего дома и занявшаяся сейчас благоустройством двора.

- Я всю жизнь тут живу, родилась в этом поселке, а бабушка вместе с мамой моей приехали с первыми переселенцами из Костромской области, - говорит Ирина Ивкова. - Так вот с тех самых пор никакого капремонта тут не было. Крыша у нас была такая, что мы плакали. На чердак мы не поднимались, потому что боялись провалиться в квартиру к соседям! Я понимаю, что у кого-то есть повышенные требования, но мне нравится, как сделали. Думаю, нам очень повезло. Подвалы еще пообещали сделать до конца года, канализацию, а водопроводные трубы уже новые подвели.

Напротив дома, в котором живут Ивковы, старая развалина с рухнувшей крышей и осыпавшимися стенами. Эту руину, вокруг которой годами длится имущественный спор, Ирина пытается замаскировать паллетами, превращенными в подставки для цветов.

- Расстраивает меня эта развалина напротив, - говорит Ивкова. – Хочется, чтобы красиво было. Я вам даже скажу, что после ремонта у нас тут многие за благоустройство взялись. Вот эти, эти и вот эти будут делать ремонт в подъезде, - показывает женщина на двери соседних домов.

Вот только жить в Железнодорожном Ирина долго не собирается. По ее словам, ближайшая работа только в Правдинске, в самом же поселке очень утомляет отсутствие перспектив.

Рад ремонту и Николай Каплин, переехавший в Железнодорожный из грузинского города Лагодехи, что на границе с Азербайджаном.

- Я прямо у гор родился, а в 1975 году, после службы в армии в этих местах решил остаться – место понравилось. Жену тут встретил, - вспоминает Каплин. - Мы с ней каждый год на «Жигулях» ко мне на родину ездили. Родня негодовала, что я в Калининградскую область переехал. Раньше в Железнодорожном было очень хорошо. Пивзавод был, все организации работали…

Николай Каплин реновацией вполне доволен.

Николай Каплин реновацией вполне доволен.

Фото: Иван МАРКОВ

Николай считает, что "перелицовка" поселка поможет привлечь деньги в муниципалитет, и тогда, возможно, появится больше рабочих мест. В противном же случае бюджет потратился зря, и люди постепенно бросят даже отремонтированные дома в поисках лучшей доли.

Работы продолжаются

За время прогулки по поселку я успел накопить массу вопросов, на которые ответил руководитель фонда капремонта Олег Туркин.

Во-первых, оказалось, что работы еще действительно не закончены. По словам Туркина, несмотря на то, что фасады и кровли уже готовы, подрядчики еще продолжают работу. В частности, развешанные гирляндами провода в ближайшее время будут спрятаны под тротуары, также будет произведена замена инженерных сетей: электричество, канализация, водопровод.

Во-вторых, в этом году начнется проектирование других домов поселка.

- Есть проект ревитализации центральной части поселка и площади, которым сейчас занимается местная администрация в рамках ПКД 2.0 (программа конкретных дел - Ред.), - продолжает Туркин. - На эти цели выделено более 100 миллионов рублей. Будет также оборудована рыночная площадь, для торговцев построят павильон, чтобы они могли работать не только под открытым небом. Там же планируется также оборудование детской площадки.

- А почему работы по перекладке брусчатки встали?

- Когда администрация взялась за улицу Первомайскую, в эту работу вмешался главный архитектор и министр строительства, - ответил Туркин. - Нас не устраивает тротуарная плитка, которую выбрала администрация, мы закажем пяти и четырехгранную плитку из гранитного щебня и бетона. Планируем, что ее будет выпускать местный производитель. Что касается остальных улиц, то они будут спроектированы комплексно.

- А что случилось со старинными дверьми? Куда они исчезли, и чем их заменили?

- У новых дверей металлический каркас, а сверху – плита из деревянного массива, на которой вырезан узор станками ЧПУ. А старые двери администрация должна была сложить на склад, чтобы мы в финале проекта сделали музей дверей в районе дома №10 на Коммунистической улице.

Так выглядит новая дверь. Старые сняли и выставят в музее.

Так выглядит новая дверь. Старые сняли и выставят в музее.

Фото: Иван МАРКОВ

Туркин также заметил, что после ремонта тротуаров бетонные отмостки домов будут спрятаны под брусчатку и тротуарную плитку. Часть старых сараев придется снести, но на замену им придут модные модульные хозпостройки.

Вдогонку к вопросу о приостановке работ по перекладке брусчатки на улице Первомайской оставила свой комментарий руководитель управления ЖКХ и строительства Правдинского района Светлана Калугина.

- Дело в том, что Железнодорожный – это историческая территория, и там необходимо специальное тротуарное покрытие, которое нам делают под заказ в Черняховске, - заявила Калугина. - Все необходимое нам обещают поставить после 24 июня.

ИЗ ДОСЬЕ "КП"

Из истории Гердауэна-Железнодорожного

Сегодняшний Железнодорожный стоит на месте прусской крепости Гердаво, захваченной рыцарями Тевтонского ордена в 1251 году. Однако во время второго прусского восстания крепость была отвоевана и разрушена.

В 1315 году комтур Гердауэна Иоханнес фон Виннунген приступил к строительству каменного замка. Тогда же на реке Омет (сегодня река Стоговая) были построены запруда и мельница.

21 сентября 1398 года поселение, раскинувшееся вокруг замка (укрепление было настолько серьезным, что великий князь литовский Ольгерд, подошедший со своим войском, не решился штурмовать его), получило городские права.

Одна из самых колоритных улочек бывшего Гердауэна.

Одна из самых колоритных улочек бывшего Гердауэна.

Фото: Иван МАРКОВ

Нашествие Ольгерда, разорившее дома крестьян вокруг крепости, запустило череду страшных событий. Так на протяжении двух столетий город четырежды страдал от сильнейших пожаров, а в XVIII веке в Гердауене свирепствовала чума, от которой вымерла половина селян.

В Первую мировую войну город потерял около половины своей застройки, и был заново отстроен лишь в 1916—1918 годах. Но тут городу повезло - руководил восстановлением бременский архитектор Гейнц Штоффреген. Он создал прецедент так называемого «восточнопрусского восстановления», когда было уделено внимание романтическим мелочам. Многие из этих деталей дошли и до наших дней, так как в Великую Отечественную войну центр города не пострадал.