
Сорок дней родные 27-летней Анны, скончавшейся после родов в новочеркасском роддоме, не решались сказать правду пятилетнему сыну. Мальчик жил с бабушкой Валентиной, которая заменила ему и новорожденной Арине маму. Отец Иван боялся реакции сына, но в воскресенье, 17 мая, набрался сил и рассказал все. Ребенок не только стойко принял страшную весть, но и сам стал утешать взрослых. О самом тяжелом разговоре в жизни Иван откровенно рассказал в беседе с «КП — Ростов-на-Дону». А адвокат семьи Данил Бердичевский озвучил причину смерти Анны.

Напомним, супруги из Новочеркасска – Анна и Иван, родители пятилетнего Руслана ждали рождения дочки Арины. Утром 5 апреля муж отвез жену в роддом, время от времени получал от нее сообщения в мессенджере. Но, когда супруга пропала на несколько часов, мужчина поехал в медучреждение и узнал страшное: Анна в коме.
– Попросила добавить анестезию – не помогает. Ноги трясутся. Когда это закончится?! – жаловалась роженица на нестерпимую боль в переписке с подругой.
Около четырех часов дня женщина потеряла сознание. Врачи экстренно сделали кесарево сечение – девочку удалось спасти. Саму Анну перевезли в Ростов, где, по словам родных, за несколько часов у нее четырежды останавливалось сердце. Вечером 7 апреля она скончалась, не увидев новорожденную дочку. Следственный комитет возбудил уголовное дело по статье «Причинение смерти по неосторожности», областной минздрав оказывает поддержку в расследовании.

А малышка Арина две недели провела в больнице с воспалением легких, и после выздоровления попала домой. Братик Руслан, который как может, старается заботиться о сестренке, все время спрашивал папу и бабушку:
- А когда мама приедет?
Иван признается: он понимал, что откладывать разговор с сыном дальше нельзя. Выбрал воскресенье – чтобы все были дома, следующий день после поминок на 40 дней.
– Когда зашел в комнату, сразу расплакался, – вспоминает вдовец. – Сын спросил: «Папа, что случилось?» Я посадил его колени и сказал правду.
По словам отца, Руслан держался мужественно – слезы были, но он не рыдал. Больше всего мальчик переживал за взрослых. Он позвал бабушку, чтобы та успокоила папу, а сам обнял Ивана и весь день поддерживал его.

— Честно, боялся другой реакции, но он — воин, он молодец. Я сказал ему, что мамы больше нет с нами, но она на небесах. Мы ее не видим, а она видит нас и всегда рядом. Сынок меня обнял и просил нас с бабушкой не плакать, сказал, что сильно любит нас. У меня такое ощущение, что он все время знал, скрывая свою боль. Даже спросил у бабушки: «Валечка, а мама умерла, когда у тебя лампадка перед иконой лопнула?»
Чтобы мальчику было легче перенести потерю, родные постарались переключить его внимание. Недавно во дворе стали прилетать три голубя, один из них – белый. Бабушка объяснила Руслану: это мама прилетает, переживает за своих детей. Мальчик обрадовался, теперь сам сыплет птицам зерно.
– Думаю, Руслану так спокойнее, – сказал отец.
При этом Руслан задает взрослым вопросы, от которых сжимается сердце. Недавно он сказал бабушке:

– Как жаль, что я не успел увидеть маму в последний раз и поцеловать ее, – вздыхает мальчик.
Папа предложил сыну съездить к маминой могиле на кладбище:
- Сынок подумал и сказал, что хочет там побывать, но позже. А пока он не готов.
Иван уже неделю как вышел на работу – говорит, сидеть дома в пустых стенах невыносимо. С новорожденной Ариной и ее братом Русланом дома сидит бабушка Валентина Ивановна.
– Дочурка, конечно, дает жизни. Ночью у нее болел животик, и вся семья, конечно, не спала вместе с ней. Врачи говорят, что со здоровьем у малышки все в порядке, но я хочу обратиться в платную клинику для дополнительного обследования. Доверия почти не осталось, нужно перепроверять, – добавил Иван.

В беседе с «КП — Ростов-на-Дону» адвокат Данил Бердичевский, представляющий в суде овдовевшего Ивана, сообщил результаты первой экспертизы, определившей причину смерти.
– Смерть Анны наступила после того, как во время схваток ей в спинномозговой канал ввели транексамовую кислоту. Этот препарат используют для остановки кровотечений. Для анестезии он не предназначен. Как результат – тяжелейшее поражение мозга и кома, – рассказал юрист.
Как рассказывала подруга погибшей Виктория, которая опубликовала в соцсетях переписку с сообщениями Анны из роддома, женщине ввели четыре укола «обезболивающего».
Тем временем расследование продолжается.
– Дело возбуждено, напомню, по статье 109 «Причинение смерти по неосторожности». На мой взгляд применение этой статьи в медицинской сфере выявляет серьезную проблему.

Срок давности привлечения к ответственности по ней составляет всего два года. При этом экспертизы по подобным делам нередко длятся от года до трех лет, отмечает специалист.
– К моменту получения результатов сроки истекают, и виновные уходят от наказания. Это, к сожалению, может подрывать доверию к системе здравоохранения и правосудию. Пострадавшие пациенты или их родственники фактически лишаются эффективной защиты, а формальное наличие уголовно-правовой нормы не гарантирует справедливости.
Задачу семья Анны и адвокат ставят большую – делом Анны Маловой добиться пересмотра сложившейся практики.
– Для решения проблемы нужен комплексный подход: увеличение сроков давности, ускорение экспертиз и четкие критерии оценки врачебной ошибки в уголовном праве.
Пока же семья погибшей ждет результатов второго исследования.

Ранее эксперты федерального уровня – заслуженный врач РФ Ирина Буштырева и анестезиолог-реаниматолог Петр Заварзин – прокомментировали трагедию в беседе с «КП — Ростов-на-Дону».
- Анне делали не анестезию, а анальгезию. Первая полностью отключает чувствительность, вторая лишь снижает боль, сохраняя движения. По словам родственников, женщине вводили препарат четырежды. При этом, по правилам,в акушерстве неэффективную процедуру второй раз не повторяют, – подчеркнули врачи. – Нужно советоваться с завотделением или вызывать специалистов из Ростова. Главное правило: если не получается, нельзя пытаться справиться в одиночку. Дисциплина в анестезиологии должна быть жесточайшей.
Подпишись на нас в MAX и Telegram.
Читайте также
Экспертиза определила причину смерти мамы из Новочеркасска, умершей после родов